красиво, правда?
Гончим Святого Губерта посвящается…
Пряный запах Арденнского леса, ветер в ноздри, ушей полет.
На закате в аббатстве колокол на вечернюю мессу зовет.
Черно-огненною рекою стая льется в церковный двор,
заглушает пенье монахов наш басами ревущий хор.
Пахнет ладаном, псиной, свечами, между лап опустив носы,
мы ложимся, тяжко вздыхая, не пускают в церковь, мы - псы.
Монотонный распев канона погружает в странные сны:
видим мы корабли норманнов, зелень ранней английской весны,
красноватую пыль Аризоны и колючий канадский снег...
Мы меняли имя и родину, и служили тебе, Человек.
Черно-рыжи, как встарь, наши спины, причитая, басят голоса,
и монашескими капюшонами складки падают на глаза.
В час последний трубим призывно: "О услышь нас, Губерт, с небес!
Если рай и впрямь существует, пусть в нем будет Арденнский лес."
Души псов лишены бессмертья, расплываются в дымке дней,
уходя в предрассветные ливни, майский гром и метель тополей.
Не примчимся на свист, не откликнемся, не вернемся - зови не зови.
Гаснут, гаснут в лесном тумане золотые искры любви.
Но последнюю, царскую милость нам дарует всевышний судья -
лижем мы хозяйские руки, превращаясь в струи дождя.