Интересно, а по какому принципу у других южаков происходит деление на «свой-чужой»? Я читала, да и по Самире вижу, что только те, кого она знает с детства, даже если и видит далеко не каждый день, это – свои. Им позволяется всё – чесать пузик, лезть в рот, отнимая пахучую вкусняшку, подобранную на улице, целовать в нос и делать уколы. Этот круг у нас довольно узок

– кроме меня и мужа с дочкой в него входят только мои и его родители и сёстры, племянник, Даша и Вова (хозяева Евлалии Крым Ак Кая) и двое близких друзей. Основной показатель того, что они для Самиры «свои» : находясь у них в гостях она всегда берёт под охрану их территорию, яростно защищая от посторонних вторжений. Ну а если этих посторонних не наблюдается, она может позволить себе оставить нас с этими людьми наедине и заняться своими делами, т.е. выпустить из своего поля зрения. Это – высшая степень доверия.
Все остальные – чужие, и за ними нужно внимательно следить, ожидая любой подлости, а ещё лучше – не подпускать на расстояние удара, так оно надёжнее. Если же волей судьбы оказываешся в одном помещении с чужими, то приходится их терпеть, но тем лучше не зарываться, сидеть на одном месте, руками не размахивать, говорить плавно и монотонно.

. Для нас же главное ни в коем случае не оставлять Самиру с чужим наедине.
Всё предельно просто и понятно.
Так происходит в 95% случаев, но бывают моменты, которые никак не вписываются в эту схему и я не могу понять логику своей собаки.
1. Для неё все хозяева собак – хорошие. Она может попытаться швырнуться или рыкнуть на подошедшего слишком близко человека, но если через минуту он выйдет с собакой, Самира абсолютно спокойно и доброжелательно отреагирует. Может даже позволить пару раз провести рукой по спине, хотя гладиться она не очень любит. Даже если у неё с его собакой отношения не складываются, то на хозяина это никак не распространяется! Т.е. мы можем с трудом растащить своих дерущихся барышень, а потом вполне мирно друг с другом беседовать, а Самира будет лежать рядом, даже если видит его впервые. Где логика? По какому признаку он стал для неё «условно своим»?
2. Моих родителей она видит раз в полтора-два месяца, но они однозначно свои. Когда нам нужно уехать по делам или на отдых, часто оставляем на неделю и больше Самиру у них, никогда никаких проблем не бывает. Вместе с ними живёт мой дед, его квартира на одной лестничной клетке, дверь в дверь. Его Самира видит столь же часто, как родителей или сестру, с удовольствием ходит к нему в квартиру, выпрашивает вкусняшки, может сама уйти на кухню, когда мы с ним в комнате – вроде бы он свой. Но стоит ему только прийти в квартиру к родителям, она тут же с рычанием и лаем теснит его к двери, не швыряется, но явно прогоняет. Если он сидит с нами в родительской квартире – следит за ним постоянно, реагирует на любое резкое движение или громкое слово. А когда он уходит - проводит его в квартиру, потычется носом в руку, и может спокойно как ни в чем не бывало лечь рядом с его креслом. Т.е. он выходит всё-таки не свой? Но у чужого Самира не станет брать еду из рук и никогда не оставит меня или дочку с чужим наедине. А на своего не будет рычать и лаять…Или это отношение к конкретному человеку? Дед любит собак и собаки любят его…
3. Мы бываем в гостях у Даши с Вовой, они бывают у нас. Когда Даша делает прививки или лечит Самиру, ей всегда ассистирует Вова, Самира радуется им как родным людям, охраняет их квартиру, находясь в гостях, может уйти играть с Лялей и оставить нас наедине. Они – свои однозначно. Но один раз после манипуляций с Самирой у нас в доме Вова пошёл в ванную вымыть руки, и спустя секунд десять за ним вслед как-то бочком, с виноватой мордой двинулась Мирка. Я не сразу просекла
этот момент, но потом заинтересовалась, что же происходит. Выхожу в холл и вижу картину маслом: дверь ванной слегка приоткрыта, Вова вытирает руки, а собака сидит в двух шагах от двери и вроде невзначай косится в щёлку! Я не знаю, что она хотела проверить – не съест ли Вова мыло или не спрячет в карман полотенце, но готова поклясться, что её было мучительно стыдно за своё поведение! На пушистой морде отражалась нешуточная внутренняя борьба, и когда она увидела меня, то смутилась ещё больше и как то сгорбившись, на полусогнутых прошмыгнула мимо меня обратно с комнату. Когда Вова вернулся, собака откровенно переживала своё неприличное поведение, лежала в стороне и печально смотрела на нас. А когда я рассказала об увиденном и все стали смеяться и подкалывать Вову, а он пригрозил ей припомнить это, когда Самира будет у них в гостях, собаке явно полегчало.
Самое интересное в происходящем не то, что собака следовала инстинкту, а её последующая реакция . Насколько я знаю Мирку, если бы она серьёзно считала себя на охране, то чёрта с два сама б ушла с поста. Зачем тогда она вообще пошла за ним?
Но в итоге очень просто решила для себя этическую проблему – сдала пост мне.
