Автор Тема: Собаки не плачут от горя  (Прочитано 1732 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Лена

  • Sr. Member
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 1895
  • Пол: Женский
Собаки не плачут от горя
« : Августа 04, 2009, 13:44:38 »
Это не моих рук творение, стырено на Гомельском форуме с согласия автора
_______________________________________________________________


Мир был совершенно прекрасен. У него было белое небо со стеклянной люстрой посередине. И плетеные стены из прутьев корзины. Внизу уютно посапывали братики – все четверо. Крошка зевнула, загнув крючком розовый длинный язычок, и поползла на раздутом от маминого молока круглом розовом пузике. Лапы разъезжались на мягком бугристом ковре из братиковых спин.
- Опаньки! А ты не говорил, что в этом помете девочки есть.

- Ой, Марат, не смотри. Мы её не продаём.

- А чего так? Бравенькая девочка. Вон братья дрыхнут, а она ползает по ним.

- Да маленькая она какая-то, слабенькая. Последыш. Думали, вообще не выживет. Клуб наверняка забракует. Я уже топить её собрался.

- Блин, всё-таки вы, заводчики, все больные. Топить собаку только потому, что у неё сантиметров в холке не хватает.

Человек нагнулся над корзиной и подцепил ладонью щенка. Крошка увидела прямо над собой что – то черное и немедленно вцепилась в него мягкими детскими когтями.
- О-о-о, блин! А говоришь, слабенькая! Чуть бороду мне не оторвала.
- Давай её сюда. Сейчас кобельков посмотрим.
- Нафиг твоих кобельков. Она сама меня выбрала. Сколько я должен?
- Марат, я документ на неё не дам. Она некондиционная.
- Зато живая. Я же не мент, документы у щенка спрашивать. Сколько?
- Ну как хочешь. Бесплатно. Считай, ты ей жизнь спас.

За пазухой у человека было уютно. Крошка немного повозилась и заснула.
Проснулась она от внезапно вспыхнувшего чувства страшной потери, утраты чего-то очень важного и единственного.

- Маа-ма! Ва-аа! Маа-маа!

Люди в вагоне метро завозились, заоглядывались.

- Бабушка, смотри, у дяди щеночек под курткой!

Крошкин плач резал уши недовольных, уставших людей. Они осуждающе оглядывались на шевелящуюся на груди куртку.

- Потерпи, моя маленькая. Скоро приедем, молочка тебе дадим.

Молоко Крошке не понравилось. Оно было несладким, каким-то казенным. И мамой от него не пахло. И братики куда-то делись.

- Ну куда ты её тащищь, в кровать что ли?

- Тсс, тихо. Ей же страшно, она привыкнуть должна. Она же маленькая.

Полетели дни, полные открытий. Оказывается, обувь можно не только грызть, но и красиво раскладывать на хозяйской постели. За мячиком бегать надо осторожно, потому что он залетит под шкаф – и не выковырять потом.
А кошки – совершенно гадостные существа. Цапнут лапой по носу – и на дерево. И не достать, хоть вся охрипни от лая.

Увидев снег, Крошка ошалела совершенно. Вдохнув полные ноздри колючей свежести, она полетела по белому ковру, неуклюже выкидывая тощие подростковые лапы. И исчезла.

- Господи, где собака? Только что здесь была.

Крошка сидела на дне глубокого, темного, холодного колодца и плакала от страха. Совершенно неожиданно снег под ней исчез и обернулся твердой землей с торчащими железками.

- Крошка, ты где? Голос подай! Блин, да тут люк открыт.

Папа, ругаясь и оскальзываясь на ледяных железных ступенях, спускался прямо из черного неба.

- Дурочка, не ушиблась? Напугалась, бедненькая.

С тех пор Крошка навсегда запомнила: к черным дыркам в земле надо подползать на брюхе! И очень осторожно заглядывать в их сосущую пустоту.

- Марат, с Крошкой выйди. Смотри осторожно, ризеншнауцер так в карауле и стоит.
- Ну так, влюбился в нашу красавицу. Да ладно, уже первый час, спит давно жених наш.

Крошка рвалась с поводка, не понимая, почему уже несколько дней ей не дают свободно побегать.

- Блин, да не дергай ты, коза. У тебя течка, понимаешь? Нельзя без поводка.

Крошка по - узбекски села на корточки и вытаращила карие глаза. Какая течка? Отпустите, пожалуйста!

- Ладно, нет уже никого. Беги.

Из-за помойки вылетел стремительный черный силуэт.

- А-а! Блин! Крошка, ко мне!

Она не слышала. Она слышала только Его дыхание, только Его запах – волшебный, выбивающий остатки желания подчиниться Папиной команде.

- Господи, а где собака?
- Убежала ваша проститутка. С ризеном этим долбанным.

Надя всплеснула руками и захохотала.

- Эх ты, охранничек. Даже собаку доверить нельзя. Где теперь её искать?
- Я вам, блин, не спринтер. Думал, помру – так бегать! Не догнать их. Летят ещё так красиво – при лунном свете, бок о бок.
С улицы долетел виноватый лай.
- О, вернулась! Любовь любовью, а жрать-то охота.
Крошка прислушивалась к себе. Что-то происходило в ней. Приближалось нечто желанное, но в то же время волнующее и пугающее.
- Не скули, моя хорошая. Родим, не волнуйся. Дай почешу животик.

Щенков было трое. Когда они, отталкивая друг друга, тянулись к соскам, Крошка жмурилась от счастья. Даже когда прикусывали острыми, как иголочки, подросшими зубками – терпела.

Этот человек не понравился ей сразу. Было что-то в нём неотвратимо-ужасное.

- Раздевайся, сейчас я её в ванной запру. Крошка, не рычи!
- Они всегда чувствуют, что за щенками пришли… О, какие красавцы! Как ты говоришь, ризенбоксы?
- Ну а как ещё назвать, если мама – боксер, а папа – ризеншнауцер? В любви рождены.
- В паспортах придется писать «метисы». Нет пока такой породы – ризенбоксы.

Крошка в ужасе бросилась к корзине. Её детей, её кровиночек не было. Она искала в корзине, под шкафом, она плакала и звала их…
- Крошка, они уже большие. Им пора выбирать себе хозяев. Дети всегда уходят, Крошка.
От Папиных рук, привычно поглаживающих спину и чешущих за ушком, становилось легче.

Мир стал совсем понятным. Мама кормит и гуляет, и строго ругает, если стащить из забытого на полу пакета кусок колбасы. Но стоит изобразить раскаяние, прижав уши – простит. Папа всегда спасёт – вытащит из ледяной реки после неудачной охоты на уток и отобьёт от больного на всю голову дога. А Сестрёнки могут накрасить тебе когти, натянуть дурацкое кукольное платье, говоря при этом про какой-то «деньрожденья», зато потом дадут кусок ароматной до головокружения вырезки.

- Давай еще по псят грамм. Давно ты у нас не был.
- Считай, с девяносто шестого, десять лет. Собака ваша не меняется, только морда вся седая. На выставки водите?
- Она ж некондиционная. Стройная слишком. Говорят, балерина какая-то, а не боксер.
- Значит, необученная.
- Тут мудак какой-то пытался у Надюшки сумочку у универсама вырвать. Так Крошка с разбегу ему в яйца лбом дала, а когда упал – в горло. Еле отцепили. И ведь не учили её этому.
- И что?
- Охранники из универсама повязали. Оказалось, его менты три месяца искали, он так и промышлял – у баб сумочки отбирал.

Человек в белом халате сорвал с рук резиновые перчатки. Как змея – старую кожу.

- Безнадежно. Рак. Что вы хотите – боксёры не живут четырнадцать лет.
- У собак бывает рак?
- У них вообще физиология близка к человеческой. Только два качества у собак есть всегда, а у людей редко.
- Какие?
- Верность. И умение любить бескорыстно.

От боли Крошка не понимала, что происходит. Только чувствовала, что от человека в белом пахнет какой-то безнадёжной, неизбежной угрозой. Папа, ты защитишь меня? Ты ведь всегда спасал меня…Ты держишь меня на руках, будто я маленькая, будто я снова щенок.

- Потерпи, моя хорошая. Тебе не будет больно.

Укол. Мир уходил куда-то в сторону. Крошка бежала на ставших вдруг легкими и молодыми лапах по снежному полю и точно знала, что под снегом нет предательских открытых люков. Рядом кувыркались братики, рядом были её дети – все трое. Их не забирал страшный человек. А на пригорке сидел на задних лапах старый ротвейлер и смотрел на неё так ласково, так знакомо.

- Папа? Ты – собака?
- Конечно. Мы ведь – одна семья.

Сверху падали горячие соленые капли.

- Почему ты плачешь, папа?
- Тебе показалось, Крошка. Собаки не плачут от горя.

Соседи проснулись в два часа ночи.

- Блин, опять чей-то пёс на балконе воет. Достали уже эти собачники.

Сорокалетний стокилограммовый мужик стоял на балконе.
Он не плакал, когда при взрыве боеприпасов покалечило трёх пацанов из его взвода.
Он не плакал, когда умер дедушка, так и не увидев внука в офицерских погонах.

Собаки не плачут от горя.

Собаки воют.



Yuriyk

  • Администратор
  • Hero Member
  • *
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 13985
  • Пол: Мужской
Re: Собаки не плачут от горя
« Ответ #1 : Августа 06, 2009, 22:38:58 »
Читал в ЖЖ эту вещь. Ты знаешь автора?

Vira

  • Sr. Member
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 429
  • Пол: Женский
  • Я белая и пушистая... Но глубоко в душе....
Re: Собаки не плачут от горя
« Ответ #2 : Августа 07, 2009, 07:44:13 »
Это случайно не Рудницкая?

Vira

  • Sr. Member
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 429
  • Пол: Женский
  • Я белая и пушистая... Но глубоко в душе....
Re: Собаки не плачут от горя
« Ответ #3 : Августа 07, 2009, 07:46:09 »
Мне у неё очень нравится такое:

Ветеринарные контрасты
Как врачу, мне, естественно, приходится сталкиваться с очень разным народом. Основные мои клиенты принадлежат, так сказать, к эконом-классу, то есть не бедные, но и не Рокфеллеры Абрамовичи. Однако, случаются исключения - не часто, но бывают. Иногда это настолько исключения, что появляется резонный вопрос - как они меня нашли. Был, например глава продуктового холдинга с двумя овчарами и владелица SPA-салона, а также левретки-медалистки. А еще была Елена Васильевна с четвертой линии ВО - оптовый клиент, хозяйка одного из первых частных приютов для бездомных животных. Но вот чтобы так, в один день...
Рано утром меня вызвали к непривитому щенку - несколько суток рвота, понос, погруснел, не ест, не пьет. Типичная вирусная инфекция. Собрала набор растворов и поехала в Автово. Два с половиной часа по пробкам и я на Краснопутиловской. Обычная такая хрущоба - с обвалившейся штукатуркой, бьющим в нос амбре и надписями на стенах "Цой - жив" и "Зенит - чемпион". Лампочки в этом подъезде или перегорели, или кому-то очень понадобились. Лифт - кто бы сомневался - не работал. Чертыхаясь и спотыкаясь через ступеньку, я поднялась на самый последний этаж - закон подлости. Звонок, видимо из чувства солидарности с лифтом, тоже не функционировал. Пришлось стучать - сначала кулаком, потом ногами.
Обшарпанную дверь мне открыл грязноватого вида вьюноша со страааанным таким взглядом. Сфокусировав взор на мне, вьюноша сделал приглашающий жест рукой и подвинулся, дабы я могла протиснутся. Попахивал он, кстати, тоже не очень. Как и вся квартира. Грязный линолеум, местами порванный или вообще отсутствующий, засаленные обои, лампочка без плафона, зеркало, отражающее только пыль - тот еще, короче, антураж. Меня, вежливо подталкивая, проводили в комнату к пациенту. Сначала я увидела щенка - мелкий смешной лайкоид черно-белого окраса, а потом уже все остальное. Небольшая почти пустая комната была набита существами обоего пола. Существами - потому, что человек, по идее, особь мыслящая, а эти товарищи были чем-то обдолбаны по самые уши. Причем, судя по количеству шприцев, в качестве допинга явно использовалась не водка. Сразу стало жутковато и захотелось наружу.
Иногда чувство долга по-предательски одерживает верх над чувством самосохранения. С точки зрения эволюции это неправильно. Шенку действительно было плохо - он лежал на незастеленной кровати не поднимая головы и мелко-мелко дышал. Поэтому, проклиная свою совесть, я осталась. И даже дрожащим голосом осмелилась спросить кто хозяин собаки. Отозвался молодой человек с лицом старика и потрепанная девушка. Стараясь не смотреть на исколотые вены, я поинтересовалась где взяли зверя и чем его кормят. Как оказалось, животину подобрали на улице неделю назад - "замерзал около помойки", а, вместо ответа на второй вопрос предъявили двухкилограммовый мешок "Eucanub'ы" (!) для щенков. Пока владелец ходил куда-то за кормом, барышня присела рядом с собачкой и нежно погладила. Щен сразу застучал хвостом по матрасу и - явно с усилием - перевернулся на спинку, подставляя нежный впалый живот. Брюшко сразу же почесали. Существа в моих глазах стремительно превращались в людей, укрепляя мою веру в человечество.
Стандартная процедура клинического осмотра, кровь на анализ, несколько внутримышечных уколов и капельница с поддерживающей схемой. Обычно на этом этапе у врача образуется некоторая передышка и можно попить кофе, покурить и поболтать с хозяевами. В этот раз не получилось. Владельцы были заняты приготовлением очередной дозы и ее употреблением. Мне опять стало неуютно, за спиной чувствовалось шевеление, раздавались стоны и сопение в перемешку с непарламентскими выражениями. Первый раствор докапал. Еще два. Блин, это долго, это ОЧЕНЬ долго.
Потом они затеяли вялые разборки на предмет "кто-то, что-то, у кого-то". А один из присутствующих, которому видимо стало скучно, завел со мной интеллектуальную беседу и рассказал анекдот. Все смеялись, я - нет, ибо из того, что он сказал, я поняла слово "бля" и еще несколько таких же по смыслу выражений. Но я вежливо (а может быть и трусливо) хихикнула. Тут они сообразили, что доктор "свой парень" и - "для хорошего человека не жалко" - решили поделиться самым дорогим. Мне был протянут шприц, наполненный некой субстанцией, зачем-то подогретой на зажигалке. Хозяйка щенка заботливо протянула жгут. Я посмотрела на этот рассадник всех известных в мире инфекций и ужаснулась. Вежливого отказа общество не приняло и начало настаивать. Включилось воображение, я вспомнила фильм "Дорога в ад" и представила что будет дальше. Кости в ногах куда-то делись и я осела на пол рядом с кроватью. Общество переполошилось и забегало. Мне принесли грязный стакан с не менее грязной водой и спросили "есть ли у меня в сумке что-то от сердца", видимо предполагая, что это сердешный приступ. Ага. "Инфаркт микарда - вооот такой рубец". Воды я, каюсь, попила, сделав себе зарубку в памяти добавить в организм спирта и антибиотиков. А вот от любых уколов настойчиво отказалась, мотивируя тем, что боюсь иголок до обморока. Мне поверили и даже поведали о своих фобиях (монстры разные, жуткие) и маниях - ("летать хочется, прям не могу"). Как раз в щенка прокапала вторая порция нужных жидкостей и я сменила флакон. Еще один - и домой.
Народ начал смотреть галлюцинации и по-всячески на них реагировать. Кто-то просто лежал, глядя в потолок, кто-то стонал, кто-то плакал. Девица в углу истошно завизжала, тыча пальцем в окно. Я сидела тихонько, лихорадочно вспоминая молитвы - все, которые когда-то услышала от верующей крестной. Получалось не очень. Откуда-то из-за моей спины показалось лицо с вопросом "а нет ли у доброго доктора в сумке чего-нибудь вкусненького?" Вкусненького не было, ибо я не хирург и наркоз мне без надобности. О чем я честно и сказала. И даже предложила показать. Лицо поскучнело, сунулось носом в препараты и отползло ловить кайф дальше.
Я трясущимися руками набрала в шприц десять кубов рометара - для самообороны. Наивная девушка, нет бы нашатыря - не смертельно, но жутко больно. Капельница прокапала, я трясущейся рукой написала назначения и со шприцем наперевес, стараясь не поворачиваться спиной к контингенту, двинулась к выходу. На меня не обратили внимания и до двери я добралась без приключений. Схватив в охапку дубленку, я рванула из квартиры. И была остановлена рыком "Куда??". Сердце упало туда, где оно не должно находится анатомически, и, кажется, остановилось. Гордый владелец щенка, держась за дверной косяк одной рукой, второй протягивал мне несколько мятых ассигнаций. Две тысячи. Я машинально запихнув деньги в карман штанов, промычала что-то типа "спасибо-большое-это-даже-много" и попыталась донести, что назначения и препараты для щенка я оставила на кровати. Хозяин покивал головой и скрылся в квартире. Все, обошлось, пронесло, свобода, воля и все такое.
Дома я долго пыталась отмыться, выпила пятьдесят грамм водки и отрубилась. Во сне отбивалась от полчищ наркоманов и пыталась убедить их, что не торгую веселящими препаратами. Часов в одиннадцать вечера меня разбудил телефонный звонок. Предельно вежливый голос на том конце попросил меня приехать к собаке. На вопрос о том, что случилось, мне было сказано - "какая-то она не такая". Описать симптоматику голос затруднился, зато пообещал хорошо заплатить. Помедитировав перед шкафом с препаратами, я набрала всего понемножку и поехала. На этот раз в коттеджный поселок в Коломягах, что меня несказанно порадовало, ибо рядом с моим нынешним домом.
У ворот нес службу бдительный охранник, проверивший у меня паспорт и документы на машину. Убедившись, что я не террорист и не рекламный агент, сторож пригласил войти, при этом корректно попросив оставить средство передвижения за территорией поселка - "вооон там, под елочкой". Я послушалась. Привычно взвалив сумку на плечо и увязая в снегу по щиколотку, направилась работать. Не буду описывать коттедж, в который меня вызвали. Можете посмотреть журналы, повествующие об интерьерах - один в один. Мрамор, наборный паркет, холл размером с мою квартиру и чудеса техники везде, где можно. И даже статуя в прихожей - полуодетая тетка с венком на каменной голове. Хозяйка собаки очень напоминала эту статую - такое же неживое выражение лица и такая же безупречность. И, как оказалось, такое же полное отсутствие чувств.
Семеня за владелицей в гараж, где, собственно, и находился пациент, я разглядывала развешанные на стенах картины и обстановку. Остановка впечатляла. Когда я поняла, что самостоятельно из дома не выберусь ни при каких условиях, мне в голову пришла умная мысль, что неплохо было бы помыть руки. Что и попыталась донести до хозяйки, получив в ответ "Вам это не понадобится". Странно - подумала я и тут мы пришли. Это был щенок сильно смахивающий на овчарку, но, судя по хвосту-бублику и полустоячим ушкам, ею не являющийся. Он сидел на голом бетонном полу, коротко привязанный поводком к какой-то фиговине в стене. Тощенький, с выпирающими ребрами, кривоватыми от рахита лапками и текущими глазами. Я осведомилась у дамы, давно ли они подобрали собачку. На что мне сказали - "мы его купили два месяца назад, а он оказался совсем не овчаркой". В этом "совсем" было столько презрения, что меня опять потянуло в душ, а вера в человечество, обретенная утром, куда-то резко пропала.
"Мы хотим от него избавится" - заявило существо, поправляя прическу. ...мать - сказала я и поинтересовалась наличием у существа совести. Судя по всему, этим качеством хозяйка явно не обладала, потому как вздернула выщипанную бровь и осведомилось "что еще делать с непородистой собакой?". Хотелось орать матом, выть в голос, стучаться о стену и цитировать Эдуарда Асадова - "Ведь может быть тело дворняги, а сердце чистейшей породы", но все было бесполезно. Беспонт - как могли бы сказать мои утренние знакомцы-наркоманы. Есть хороший анекдот, состоящий из одной фразы - и прошу заметить, господа менеджеры, что выражение "всякая фигня" не в полной мере олицетворяет ассортимент продаваемого нами товара. Так вот, слово "ярость" не в полной мере олицетворяла мое тогдашнее состояние. Еще было слово "отчаяние", слово "тоска" и выражение "все бл....ди". Изобразив на лице готовность выполнить любое пожелание их сиятельства, я во второй раз набрала в шприц рометар - два кубика и ввела его щенку. Минут через десять, звереныша повело - лапы разъехались, морда стала тяжелой, а глазищи закрылись. И еще его вытошило ЕЙ на домашние туфли, что меня несказанно порадовало.
Еще через несколько минут, я, сделав умный вид, прижала фонендоскоп к щенячьей груди и веско сказала, что все, он умер. И озвучила сумму за вызов, даже не стесняясь того, что она превышала обычный гонорар доктора ветеринарных наук, коим я пока не являюсь, в несколько раз. Мне еще раз продемонстрировали бровь домиком и пришлось объяснить, что это за: 1) вызов, 2) препарат, 3) процедуру усыпления, 4) вывоз тела, 5) доставку до крематория, 6) кремацию. Пока мне отсчитывали деньги, явно слышался скрежет зубов. Хихикнув про себя, я опять сунула бумажки в карман штанов почему-то с теплотой вспоминая утренний визит на Краснопутиловскую. Потом взвалила на себя крепко спящего щенка и сумку и, шатаясь под их тяжестью, поползла за хозяйкой в обратный путь. Выходя из дома, я случайно посмотрела в окно. Там, приклеившись, к стеклу виднелась грустная детская физиономия. По ней ручейком текли слезы - или это были капли растаявшего снега? На душе стало еще хуже и подумалось, что вырастет из этого ребятенка в таком доме - равнодушная ко всему кукла или все-таки человек? Какое слово из льдинок должен собрать этот мальчик, чтобы не остаться в плену у Снежной королевы и быть самому себе хозяином?
Как я дошла до машины - не знаю. Судя по всему, ярость - тот еще катализатор. Скинув собаку на заднее сиденье, я нашла в заначке препарат для поддержания сердца и - на всякий пожарный - сделала животине укол. Еще некоторое время не могла ехать - тряслись конечности. То ли от злости, то ли от усталости. Наконец я смогла завестись и мы двинулись.
Дорога сквозь ночь в Колпино, где согласились принять щенка на время, почти не запомнилась. Только здоровенные хлопья снега, заштриховывающие свет от фонарей и смешной гаишник на посту ДПС. Узнав, что в машине очень больная собака, он заглянул на заднее сиденье, расчувствовался и посоветовал срочно обратиться к ветеринару. Пришлось признаться. Инспектор улыбнулся, протянул мне документы и вдруг жалобно спросил "А Вы его вылечите?". Я пообещала, что щенок обязательно будет здоров и нажала на газ.
Меня уже ждали с нетерпением и горячим чайником наготове. Щенка сразу же вытащили из машины два крепких мужчины - сын и папа, а меня, чуть ли не под руки, сопроводили в дом мама с дочкой. В натопленной комнате уже был накрыт стол и приготовлена лежанка для собаки: матрасик, одеяльце и - умилило особенно - подушечка. Звереныш уже начал просыпаться - обалдело мотал головой и пытался собрать в кучу рахитичные лапки. Под нос ему сразу же поставили миску с водой и, окружив кольцом, принялись наглаживать и причитать о том, какой он бедненький. Сразу как-то придумалось имя - Рой, ибо как звали животину до этого я как-то спросить не удосужилась. Тихой сапой, я налила себе горячего чаю и с наслаждением начала оттаивать - физически и морально. Глава семейства, видимо углядев во мне что-то неправильное, молча принес бутылку водки и, спросив глазами разрешение, налил. Дальше мы культурно выпивали "за Роя", "за то, чтобы он поправился и нашел хороших хозяев", "за бездомных животных", "за тех, кто в море" и т.д.
Поздно утром, проснувшись, я увидела как по двору носятся счастливая собака и двое таких же счастливых детей. За столом сидели родители и тоже смотрели в окно. Мама, наливая мне кофе, улыбнулась и тихо сказала "Судя по всему, Рой останется у нас". Кажется это лучший эпилог.


Vira

  • Sr. Member
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 429
  • Пол: Женский
  • Я белая и пушистая... Но глубоко в душе....
Re: Собаки не плачут от горя
« Ответ #4 : Августа 07, 2009, 08:04:09 »
Сори, автор "Крошки" Максютов Тимур Ясавеевич .

Кленовицкий

  • Hero Member
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 25499
  • Пол: Мужской
Re: Собаки не плачут от горя
« Ответ #5 : Ноября 13, 2009, 16:38:45 »
Кажется это лучший эпилог.
:) :) :)