У меня собака в принципе не кусалась. Т.е. она частенько пугала народ, но что бы именно укусить было всего один раз (за бомжа заступилась). Да и люди тоже особенно возможности себя цапнуть не предоставляли, демонстрируя чудеса ловкости и быстроты, после того как Сеня высказывала недовольство их близостью к подлежащим охране объектам, ну и я ругаюсь, охранительные попытки не поощряя. Пока не появился очередной конюх. Конюха меняются довольно часто, кто-то приходит из дому, кто-то ночует на конюшне, Сене показывала нового работника – и все: он свой, не видим, не слышим. В этот же раз девушка сразу приняла его в штыки – рычала, повсюду таскалась хвостиком, комментируя попытки «украсть/угнать» инвентарь и лошадей, увещеваниям не поддавалась, а потому была на рабочий день изолирована. Вечером выпустила ее, еще раз показала Ярика, объяснила, что он теперь тут живет и что рычащие и гавкающие будут получать по наглой белой морде и оставила собачку, как обычно, на улице. Часа два они мирно сосуществовали, парень спокойно ходил мимо нее, а потом решил дернуть дверь зернохранилища (как потом объяснил: «показалось, что она не закрыта»). Результат : две сквозные дыры в предплечье и одна «убитая» хозяйкой собака. Два дня после этого, я ходила за Сеней и чуть та порывалась высказаться о том, что Ярик ей не нравиться (или нравиться на вкус), объясняла, что она не права. Вроде зверь понял и смирился внешне, но не в душе. Постоянно их изолировать невозможно, потому что оба работают (и один другого, ясное дело, не заменит). Что интересно – через три дня после Ярика пришел еще один новый конюх – с ним все как обычно.
Недели за две вроде бы Сеня смирилась с его Ярика присутствием, когда произошел следующий эпизод. Поехали мы с подругой купаться на Голубое озеро. Устроились с дикой стороны, где нет других отдыхающих, собаки (а у подруги такса – сенина воспитательница) радостно гоняли лягушек, когда из кустов вышел дедок с солидной палкой. Такса начала лаять, дедок отмахнулся палкой, Сеня поддержала мелочь своим, более внушительным гав и получила толстенным дрючком по морде сверху так, что из прокушенного языка потекла кровь. Отскочила назад, взъерошившись и опустив хвост, и тут же ринулась обратно, но на дедково счастье я успела ее поймать в лихом броске из положения лежа. Это пишется долго, а на практике все это заняло едва ли долю секунды. Последующий разговор двух полуголых девушек и подвыпившего мужчины в возрасте «седина в бороду, бес в ребро» пропустим. В общем, настроение было безнадежно испорчено, мы вернулись на завод и белая крыса, без спросу выскочив из машины, напала на открывшего ворота Ярика. Укусить не успела, получила пилюлей, признала, что была не права, после чего притихла. До сегодняшнего утра, когда бедняга Ярик попытался взять молоко, чтобы напоить теленка (что он делает ежедневно). За что был укушен (не сильно, остался синяк) и загнан в денник. При чем увидев меня, девушка тут же сделала морду кирпичем - типа, я тут так мимо проходила.
Надо отметить, что я особых отличий в поведении Ярика от других конюхов по отношению к Сене не замечаю – не боится особо, пытается (как и другие впрочем) подкормить , и сказать, что он «плохой человек» тоже нельзя. Мучают меня раздумья – это как породное? Лечиться ли оно? Как будет развиваться/прогрессировать и возможно ли примирение?